Нейрохирург Павел Иванов: “Ничего лучше гамма-ножа для лечения образований в головном мозге пока не придумали”
Connect with us

Здравоохранение

Нейрохирург Павел Иванов: “Ничего лучше гамма-ножа для лечения образований в головном мозге пока не придумали”

О практике и перспективах применения гамма-ножа РИА АМИ рассказал заведующий отделением нейрорадиологии Медицинского института им. Березина Сергея (МИБС), нейрохирург высшей категории, радиолог, к.м.н. Павел Иванов.

 

Павел Игоревич, какие интересные направления в радиохирургии вы видите в ближайшее время, в частности, в применении гамма-ножа?

Существует такая расхожая фраза: гамма-нож – это золотой стандарт радиохирургии в мире. И, как ни странно, после почти 50 лет применения этот аппарат все еще остается золотым стандартом. Ничего лучшего для лечения образований в головном мозге пока не придумали. Идея, которая была предложена в конце 1960-х годов, – сконцентрировать 200 пучков радиационного излучения точно в одном месте, –  уникальна и, на мой взгляд, заслуживает Нобелевской премии. Она позволяет сфокусировать большую дозу в опухоли, убийственную для патологических новообразований, и при этом не происходит никакого повреждения окружающих тканей, так как каждый луч по отдельности несет сравнительно небольшую дозу. В результате нагрузка на здоровые ткани меньше, чем при использовании другого оборудования для лучевой терапии.

Самой последней моделью гамма-ножа, существующей в мире, является Icon. Пока что в России этой модели нет, так как не получено разрешение на его использование. Icon принципиально отличается от предшествующей модели Perfection тем, что она позволяет проводить так называемое гипофракционирование: лечение происходит не за одну процедуру, а за несколько сеансов, которые производятся с очень большой точностью наведения на опухоль, что позволяет увеличить объем подвергающегося облучению патологического очага. При этом фиксация головы производится не с помощью рамки, а с помощью маски, как на кибер-ноже. Конечно, было бы очень интересно начать использовать эту методику, потому что гипофракционированием на кибер-ноже мы, как и наши коллеги в Москве, занимаемся очень много, больше, чем делают практически все европейские центры.

На самом деле, перспектива для нашей страны заключается не в том, чтобы разрабатывать какие-то новые методики и новые показания к лечению, а в обеспечении доступности уже существующих в мире современных технологий. Доступность гипофракционирования, к примеру, позволит существенно продлить жизнь пациентам с метастазами в головном мозге.

Когда в России появится первый Icon?

Думаю, что в начале следующего года. Наша компания его уже приобрела, и сейчас стоит вопрос получения лицензии. Чисто регуляторные препятствия.

Какова выживаемость пациентов после таких операций?

Так как метастазы в головном мозге гамма-ножом лечатся очень давно, методика довольно хорошо изучена. Практически 90% всех метастазов можно устранить с помощью радиохирургии и гипофракционирования. А выживаемость пациента будет определяться тем, насколько системная терапия позволяет контролировать основное заболевание. Методы лекарственной терапии хорошо развиваются, постоянно появляются новые подходы, пациенты стали жить дольше, и при этом они не погибают от метастазов в головном мозге, потому что их можно устранить с помощью гамма-ножа.

Гамма-нож позволяет лечить патологии только головного мозга и шеи. Как вы думаете, возможно ли применение этой технологии в будущем для лечения опухолей, локализованных в других органах, которые сегодня лечат киберножом?

Это интересная идея. Пока я не слышал, что ведутся такие разработки, но, думаю, когда-нибудь компания Elekta сделает гамма-нож по принципу киберножа, которым можно будет лечить все органы тела.

Утверждают, что гамма-нож очень эффективен в борьбе с сосудистыми и функциональными заболеваниями?

Это действительно так, результаты очень позитивны, так как, в отличие от онкологии и метастазов, речь не идет о возможной гибели пациентов в ближайшее время. В подавляющем большинстве случаев лечение проводится для улучшения качества жизни. Пациенты живут долгие годы. Например, возьмем артериовенозную мальформацию – сосудистое заболевание, которое является врожденным. Очень часто появляется в молодом возрасте, и если есть возможность избавиться от него сразу же, то человек может прожить всю жизнь без риска разрыва сосудов. На сегодняшний день существует три вида лечения артериовенозной мальформации: это открытая хирургическая операция, эмболизация и гамма-нож. Как правило, пациентов к нам присылают нейрохирурги при невозможности сделать ни обычную операцию, ни эмболизацию. То есть это самые сложные пациенты. И несмотря на это, эффективность лечения после облучения очень высокая, осложнений практически не бывает.

Из функциональных заболеваний на гамма-ноже лечится также невралгия тройничного нерва и тремор при болезни Паркинсона. В мире есть примеры применения гамма-ножа для лечения психиатрических заболеваний. В нашей стране это не практикуется, хотя теоретически возможно. Речь идет о пациентах, которым не помогают фармакологические препараты, а потому врачи-психиатры направляют их на гамма-нож.

В Санкт-Петербурге запускается центр протонной терапии. Некоторые специалисты пишут, что метод будет  конкурировать с гамма-ножом. Действительно ли это так?

Никакой конкуренции между гамма-ножом и протонной терапией нет, потому что протонная терапия, как понятно уже из самого названия, – это терапия. Гамма-нож – это радиохирургия. Это разные виды лечения, и, соответственно, имеют совершенно разные показания. Гамма-нож применяется при лечении доброкачественных опухолей, метастазов головного мозга, сосудистых, функциональных заболеваний. Протонная терапия лечит злокачественные опухоли, в основном возникающие у детей, облучение производится не однократно, а в течение длительного курса. Для каждого метода лучевого лечения есть свои показания, и поэтому они могут только дополнять друг друга.

Достаточно ли кадров или есть дефицит?

Перед тем как мы начали работать, у нас была возможность очень серьезно и длительно поучиться, в основном в Японии. За 7 лет, что мы работаем, мы лечим больше всех пациентов в мире. Так что сейчас кадровой проблемы для нас нет, потому что мы сами научим специалиста, у которого будет желание. Это один из важнейших моментов: чтобы у человека было желание учиться и работать. Поэтому если нам потребуются дополнительные сотрудники, мы их сами обучим.

В одном из своих интервью вы говорили, что у вас очень много операций, вы рекордсмены по количеству пролеченных на гамма-ноже в год, но на качество это никак не влияет. Каким образом?

 Действительно, мы выполняем 1200-1300 операций в год при том, что средняя загрузка гамма-ножей в мире раз в пять ниже. Существенный момент – это организация самого процесса лечения. Операции на гамма-ноже выполняются за один день, и важным подготовительным этапом является МР-томография, которая занимает около часа. Практически нигде в мире нет такой ситуации, чтобы магнитно-резонансный томограф работал фактически только на гамма-нож. Большинство центров ограничены в доступе к МРТ, что определяет их пропускную способность. Поэтому наши коллеги в США и Европе лечат по 2-3 пациента в день. А у нас в клинике два МР-томографа, и мы можем лечить вдвое больше. Бывают дни, когда у нас в плане по 5-7 операций.

Можно ли увеличить количество операций, поставив дополнительные томографы?

 Мы тут вновь от вопросов технологии лечения возвращаемся к проблеме доступности медицинской помощи. Увеличение количества операций возможно только при увеличении государственного финансирования. Мы могли бы лечить большее количество пациентов, но их просто нет, потому что не все могут оплачивать лечение, а государственная поддержка ограничена.

Click to comment

You must be logged in to post a comment Login

Leave a Reply




еще in Здравоохранение